История убийства в Красноярске снова поднимает неудобный вопрос: почему навязчивое преследование так часто заканчивается трагедией. Мужчина, не сумевший принять успех бывшей коллеги, сначала зависел от её помощи, затем начал требовать больше — и в итоге совершил убийство.

Что такое сталкинг? Чем он грозит? Это любовь или желание контролировать? Обо всем и этом расскажет психолог, исследователь Ника Болзан.

С точки зрения современной психологии, сталкинг — это не романтическая одержимость и не «сильные чувства». Это форма нарушенного поведения, которую в научной литературе называют навязчивое вторжение в личные границы.

- Важно понимать: сталкер — не обязательно «опасный психопат». Чаще это не отдельный тип личности, а поведенческий сценарий, который может проявиться у людей с разными характерами. Общий знаменатель — трудность переживания отказа и утраты контроля над отношениями, - отмечает  эксперт.

Научные исследования показывают: большинство сталкеров движимы не любовью, а сочетанием трёх факторов.

Во-первых, страх отвержения. Для таких людей отказ переживается как унижение и потеря собственной ценности.

Во-вторых, эмоциональная зависимость. Человек постепенно начинает воспринимать другого не как отдельную личность, а как источник поддержки и стабилизации собственной самооценки.

В-третьих, потребность в контроле. Когда отношения или общение заканчиваются, контроль становится способом вернуть ощущение власти над ситуацией.

Именно поэтому преследование редко остаётся «безобидным». По данным  исследований насилия в межличностных отношениях, навязчивое слежение, постоянные сообщения и требования внимания нередко становятся ранними стадиями эскалации агрессии. Чем дольше сохраняется контакт с преследователем, тем выше риск перехода к физическому насилию.

- Особенно опасна ситуация, когда жертва проявляет сочувствие. Помощь деньгами, попытки поддержать или «не обидеть человека» могут восприниматься сталкером как подтверждение права на близость. В его внутренней логике отношения продолжаются — даже если в реальности их нет , — говорит психолог-эксперт Болзан.

Сталкеры часто не считают себя агрессорами. Они искренне убеждены, что «борются за справедливость», «добиваются внимания» или «возвращают своё». Это снижает критичность к собственным действиям и повышает риск насилия.

Главный вывод, который подтверждает доказательная психология: сталкинг — это не странность характера и не неловкое ухаживание. Это поведенческий маркер потенциальной опасности.

Тревожные признаки, требующие дистанции и обращения за помощью: навязчивые сообщения после отказа, чувство долга или вины, которое навязывает другой человек, требования денег, внимания или эмоциональной поддержки, агрессия при попытке установить границы.

 - Чем раньше прекращён контакт, тем выше шанс остановить эскалацию. Жалость и попытки «спасти» преследователя, к сожалению, нередко делают ситуацию только опаснее,  — отмечает Ника Болзан.

Истории вроде красноярской трагедии показывают: сталкинг — это не про чувства. Это про потерю границ, контроль и нарастающее насилие, которое нельзя игнорировать.